Одиночество

Социофобия

Список фобий
Лечение социофобии

Медикаментозное

Не медикаментозное

[liberty]

Как пережить одиночество? Есть ли в нем что-то положительное? Как помочь человеку, страдающему от одиночества? Об этом с добровольцами службы «Милосердие» побеседовал протоиерей Аркадий ШАТОВ, председатель Комиссии по церковной и социальной деятельности при Епархиальном совете г. Москвы.

Чувство одиночества бывает разным, иногда оно может быть ложным. Я встречал людей, у которых было много знакомых, но они все равно чувствовали одиночество. Так что есть мнимое одиночество, связанное с тем, что человек хочет, чтобы ему уделяли много внимания, чтобы его любили, а сам он не умеет жить жизнью других людей, не стремится любить, эгоцентричен, зациклен только на себе и гипертрофирует свои чувства, скорби, переживания…

Существует, конечно, и реальное чувство одиночества. В Библии написано, что Господь, сотворив первого человека, сказал: Не хорошо быть человеку одному ./Быт.2,18/ Действительно, когда человеку не с кем поделиться своими радостями, бедами, печалями– становится очень тяжело и трудно.

Как есть мученики вольные и невольные, так есть монахи и призванные к подвигу одинокой жизни, и свободно избравшие этот путь, и те, кто этот путь не избирал, невольно живущие в целомудрии. Например, святой праведный Алексий, человек Божий. Он добровольно отказался от того, чего сейчас ищут многие юноши и девушки, и был счастлив, обретя свое блаженство во Христе. Много было пострадавших за Христа мучеников и в XX веке, но к этим новомученикам Господь причисляет, по словам старца Паисия, и инвалидов, и тяжело больных, лишенных утешения детей, и людей, которых постигают страдания и болезни. Если человек самоотверженно, с упованием на Бога переносит все посланные ему скорби, не ропщет, то это вменяется ему в мученичество.

В действительности здесь, на земле, мы все в той или иной степени страдаем, в том числе и от одиночества, чувство которого для человека может быть очень трудным и тяжелым, но если он несет свой крест благодушно, без ропота, – это становится для него подвигом. Самое главное, что после пришествия в мир Спасителя у нас есть Тот, Кто называет Себя нашим Другом, – Христос, – Тот, Кого мы называем, воспевая тропарь великомученице Екатерине, Женихом, Небесным Женихом. И общение со Христом помогает человеку преодолеть одиночество, и радость быть со Христом гораздо больше, чем радость пребывания с самым близким человеком. И здесь естественное одиночество преодолевается сверхъестественным общением со Христом, и человек то, что недополучает по естеству, то, что недополучает по обычным законам этого мира, – восполняет общением со Христом. Преодолевается естественное одиночество, и человек обретает намного больше, чем друга, намного больше, чем жениха, намного больше, чем жену и детей, – обретает Самого Бога в своей душе.

Я считаю, что все проблемы человеческого общения преодолеваются, когда человек идет к Богу. Без возвышения этих проблем на другой, совершенно иной уровень их решить, мне кажется, невозможно. Все спорные проблемы нашей земной жизни, расположенные в ее плоскости, разрешаются только тогда, когда человек выходит за рамки этой плоскости, когда он обращается с молитвой к Богу, когда его жизнь начинает строиться на вере во Христа, – тогда все эти вопросы можно решить.

В Евангелии не пишется о том, что мы будем любимы другими людьми, хотя говорится, что если человек оставит отца, мать, родственников, то обретет гораздо больше, чем у него было./Ср.:Мф.19,29/ Нужно уметь совершить этот подвиг самоотречения, самопожертвования. Когда человек перестает жить для себя и начинает жить для других, начинает жить для Бога, – он меняется и становится близок и интересен очень многим людям. Есть такие одинокие люди (одинокие в смысле отсутствия родственников), которых все очень любят. Мне запомнилось, например, как умирала одна женщина. Очень часто, к сожалению, случается, что мы долго не можем найти человека для помощи по уходу за умирающими людьми. У всех свои дела и заботы, и если у больного нет близких родственников, то очень трудно организовать за ним уход, а иногда такой уход нужен круглосуточно. Так вот, когда эта женщина умирала, люди записывались в очередь, чтобы подежурить у ее постели, так всем с ней было радостно и хорошо. Поэтому очевидно: очень часто человек находится в тяжелом состоянии одиночества только потому, что не умеет служить другим, не умеет любить и жертвовать собой, а лишь постоянно требует чего-то от остальных. В этом случае нужно научиться жить для других. Если у тебя есть какая-то скорбь, если ты одинок и впал в уныние, – нужно найти человека, чьё одиночество гораздо больше, чем твое, кому еще хуже, чем тебе, помочь ему, – и твое одиночество и уныние обязательно пройдут. Как сказал святой праведный Иоанн Кронштадтский святому праведному Алексию Мечеву, когда тот потерял матушку: «Иди к людям и, помогая им в их скорбях, ты забудешь о своей скорби». Так и здесь: когда человек разделяет скорби своих ближних, когда он помогает другим в их болезнях и печалях, то его собственная скорбь делается намного меньше: он видит, что есть люди, которые страдают гораздо больше, чем он, – и приходит в трезвое, правильное внутреннее состояние. Нужно научиться любить – тогда никакого одиночества не будет.

Человек, конечно же, нуждается в тепле и сочувствии других людей, тому, кто не имеет такого тепла, жить весьма трудно, даже немного искажается его душа. Например, дети, которые не получили любви и тепла в детстве, дети, которые находятся сейчас в домах ребенка, – в чем-то ущербны, и восполнить потом этот недостаток любви очень тяжело. Так, в период подросткового возраста детям нужны друзья, но еще не так сильно, как впоследствии, в этот период мать заменяет им друзей, а вот во время взросления, в молодые годы они очень нуждаются в друзьях. В зрелые годы наличие друзей уже не так для человека обязательно, хотя важно, чтобы кто-то был рядом. Но христианин должен перерасти эту естественную потребность. Жизнь ему для того и дана, чтобы научиться жить в радости с Богом. Естественные, дружеские отношения оказываются не так важны для человека в дальнейшем, эта проблема перестает быть такой острой, хотя все равно остается. Она остается, пока человек не достигнет совершенства. Я не думаю, что святой праведный Алексий Мечев чувствовал себя одиноким после смерти жены, хотя какое-то время это, конечно, было. И я не думаю, что отец Иоанн Крестьянкин перед своей кончиной чувствовал одиночество, так сильно его любили другие люди. Но его любили другие люди – потому что он любил! Так с чего начать?! «Одиночество – это плохо». «Полюбите меня – а я полюблю вас». Нет, ты полюби, и тогда другие полюбят тебя! Ты научись любить – и тогда твое одиночество прекратится, в ответ на твою любовь обязательно отзовутся другие люди.

[liberty]

(продолжение)
Я думаю, чувство одиночества возникает, когда человек не ощущает любви Божией и стремится ее получить от других людей, но люди никогда не дадут человеку того, что может дать Бог, поэтому в этом случае лучше всего помолиться Богу. А Евангелие прямо говорит нам: «Не делайте добра тем, кто вам ответит на это, а делайте добро тем, кто ответить на это не сможет «. /Ср.:Мф. 5,44-47/ То есть Евангелие зовет нас научиться любви бескорыстной, возвыситься над естественным порядком вещей, который существует в этом мире. Но, с другой стороны, по человеческой немощи мы всё же нуждаемся в друзьях. И у самого Христа были друзья, Лазаря Он называл Своим другом /Ср.: Ин. 11,11/, так что дружеское общение является естественным и в какой-то мере необходимым.

Причем в Церкви мы стараемся все-таки говорить о факторе духовном, а не психологическом, и друзья прежде всего должны быть близки духовно. Психологический фактор оказывается на втором плане: часто случается, что люди совершенно разные становятся замечательными друзьями.

Старец отец Павел Груздев говорил: «Всех люби и всех бойся». Эти слова подразумевают и некоторую осторожность, и определенную дистанцию в общении с другими людьми, потому что общение может быть не только любовью, не только дружбой, но и привязанностью и иметь какие-то перекосы.

Иногда одиночество – это хорошо. Я порой очень хотел бы остаться в одиночестве, но мне этого Бог не дает, потому что приходится общаться с разными людьми, заниматься многими делами, а побыть одному иногда бывает полезно и необходимо. В Евангелии сказано, что, чтобы помолиться, нужно затворить двери, остаться одному и в одиночестве обратиться к Богу /Ср.: Мф. 6,6/. Святые искали одиночества, уходили в пустыню, скрывались от людей в лесах.

 Если говорить о настоящих друзьях – их можно найти и на работе, и во время учебы. Одна из выпускниц училища сестер милосердия рассказывала, как она нашла друзей, пока училась в училище. Так что для молодых людей есть такой способ поиска товарищей: найти место, где учатся единомышленники, где находятся люди, которые одинаково с тобой думают, одинаково с тобой мыслят, стремятся к подвигу, ищут служения ближним…

Если жить с Богом, молиться Богу – всё можно преодолеть, и само одиночество, которое так тяжело переживается людьми, может быть во благо человеку, если он ищет спасения своей души, если он с Богом.

[liberty]

 Марина ВАСИЛЬЕВА, координатор службы добровольцев «Милосердие»: Я обычно сталкиваюсь с чувством одиночества не в себе, а в других людях: наших подопечных или друзьях. Причем если друзьям еще можно дать прочитать эти слова (они как православные люди постараются хоть в какой-то мере применить к себе Ваши советы), то вот с подопечными ситуация гораздо более сложная.

Да, с одной стороны, мы (добровольцы) и нужны для того, чтобы своим присутствием, и общением, и помощью восполнять недостаток любви у наших подопечных насколько это в наших силах. С другой стороны, чувство одиночества у них часто настолько обострено, что отношения с добровольцами переходят в некий «террор», когда добровольцу начинают почти приказывать: «приходи ко мне каждый день», «почему ты мне не звонишь каждые два часа» и т.п.

Мы стараемся – опять же насколько это в наших силах – способствовать воцерковлению этих людей. Но даже когда удается более-менее наладить духовную сторону жизни подопечных: они читают Евангелие, молитвы, регулярно причащаются, имеют возможность побеседовать со священником – все равно одиночество их ОЧЕНЬ сильно преследует. Может быть это такой некий «голод по любви», который не утоляется даже несколькими годами неодинокой жизни?

Если же человек жил духовной жизнью до того, как постарел, заболел, остался один – у него обычно не бывает таких переживаний.

Хотя наверное, на самом деле, все проще – это мы не в состоянии им дать настоящей любви – вряд ли люди рядом со святыми чувствовали свое одиночество?

Прот. Аркадий ШАТОВ: Как-то один очень хороший батюшка, отец Александр Киселев, сказал своему собеседнику, который давал ему советы, как не скорбеть после смерти жены: «Да-а-а-а! Советы давать легко, все равно, что камушки вниз бросать с колокольни, а выполнять их – все равно, что тяжелые камни снизу наверх на колокольню таскать!».

Подавляющее большинство наших добровольцев молоды и здоровы, и прочувствовать горе одиноких, брошенных, больных, пожилых людей мы не можем. Мы можем в меру наших сил помочь, утешить этих людей, усердно о них помолиться, терпеть их капризы и придирки.

Их страдания не должны ввергать нас в уныние и отчаяние. Есть Тот, Кто любит их больше нас и больше нас может им помочь. Они совершают свой подвиг терпения болезни и одиночества, мы должны поддержать их в этом.

Отец Иоанн (Крестьянкин) говорил мне, что задача сестры милосердия научить больного полюбить свою болезнь, понять ее смысл.

Не знаю, есть ли среди нас люди, которые могли бы это исполнить. Для этого нужно самому любить свой крест, испытать болезни и скорби, преодолеть уныние, научиться любви.

Будем делать то, что можем, будем стараться сами исполнять советы святых отцов и евангельские заповеди, а все наши и не-наши скорби и печали возлагать на Господа, у Которого нет недостатка в любви!

[liberty]

На дитя человеческое, приходящее в этот мир, негласно возлагается тяжкое испытание. Никто ничего не говорит ему об этом; он должен сам пережить ситуацию, осмыслить ее и справиться с нею. Часто проходит слишком много времени, пока это произойдет; часто понимание приходит слишком поздно, и тогда человек становится беспомощным и потерянным.

Задача гласит: по своему основополагающему принципу существования ты, как все люди, одинок в мире; ты должен понять это одиночество, принять его, подружиться с ним и духовно преодолеть его; оно ведь останется с тобою до конца дней твоих, но твой характер обретет благодаря ему силу, достоинство и доброту.

Одиноким приходит человек в эту жизнь с первым вырвавшимся криком страдания, требующим глотка воздуха; одиноким покидает он этот мир с последним вздохом, стараясь произнести слово. Как много порою делается для него вокруг; а он так и остается отшельником, заключенным в камеру своего тела. Того, что он за всю свою жизнь в этой камере ощущает, воспринимает, чувствует, чего жаждет, о чем думает — никто не сможет пережить так, как он; все, что он в своем одиночестве избирает, решает, исполняет, жертвенно осуществляет, переживает и выносит в бессоннице, в болезни, в заботах, в неудаче, в отчаянии — знает он один. Всякое значительное событие в жизни, от первой любви до смерти своих родителей, всякое важное решение, всякая возлагаемая на него ответственность, всякая великая боль и скорбь — дают ему ощутить свое одиночество. Лишь очень немногим пришлось пережить предельное одиночество в величайшей нужде — в бушующем море, в безмолвных горах, в забвении вчерашнего поля боя, в тюремной камере, — чтобы постичь свое душевное и духовное одиночество.

Это пожизненное одиночество — тяжкое бремя. Но оно одновременно и великое благо.

Когда человек осознает свое одиночество, он вопрошает: «Кто поможет мне?» И ответ гласит: «Я сам должен помочь себе»... И заложен первый камень характера. А еще ответ гласит: «Господь в небесах поможет мне тем вернее, чем преданнее ему буду я»... И заложен основополагающий камень живой веры. В одиночестве человек находит самого себя, силу своего характера и святой источник жизни.

Когда же человек постигает чужое одиночество, а именно то, что каждый существует, замкнувшись в себе, и пока не постиг бремени и благо одиночества, это — сострадание и любовь, которые овладевают им: сострадание к слабому, любовь к сильному. Тогда он говорит: «Я помогу им! Братья, я помогу вам — поскольку вы одиноки, а я знаю тягость и выкрутасы одиночества». Сам находясь в одиночестве, человек находит своего одиноко страдающего брата и помогает ему. И как раз тут — зарождение духовной любви, братства и истинного единения чувств.

Нам не дано избавиться от одиночества. Но все мы призваны достойно и с верою каждый нести свое одиночество; и, любя и помогая, делать чужое одиночество сносным, достойным и духовным.

В этом — утешение. Так и только так сможем мы преодолеть одиночество, мы, одинокие дети человеческие, взирая ввысь и с любовью помогая друг другу.

[liberty]

Про одиночество имеет смысл рассуждать потому, что одиночество – это состояние, способное чрезвычайно сильно повлиять на психику человека, изменить все мировосприятие, и подчас в пагубную (и предельно пагубную) сторону. «Не хорошо человеку быть одному» – относящаяся к Адаму мысль Господа перед созданием второго человека, Евы.

Настоящее одиночество – чрезвычайно серьезное испытание. Предельное страдание от одиночества перенес C ам Господь в ночь пленения в Гефсиманском саду. Страшное напряжение души и духа привело к тому, что у Господа по щекам тек кровавый пот… Из-за этого же Он, будучи распят на Кресте, воскликнул: «Боже, Боже мой, зачем Ты Меня оставил?» Но это самая тяжелая форма одиночества – состояние оставленности Богом. Об этом чуть позднее.

Состояние оставленности людьми или дорогим человеком, – более легкие варианты, но и они способны привести к очень сильным переживаниям и отчаянию.

Люди разного склада по-разному чувствительны к одиночеству. Есть люди самодостаточные, которым не нужно никакого окружения и общения – им хорошо с самими собой. Это могут быть и эгоисты, и отшельники. Первым одиночество нужно, потому что они не хотят любить, то есть жертвовать чем-то ради кого-то. Вторым – потому что страдают от недостатка любви в себе по отношению к другим и временно покидают общество, чтобы научиться жертвенности через добровольное перенесение испытаний наедине с Учителем и Источником любви – Богом.

Если одиночество уже свершилось как факт – остается только вопрос, как его пережить. Одиночество не всегда зависит от окружающей обстановки. Одиночество – состояние души, а не окружения. Обстановка может это состояние только спровоцировать, а может оно и просто прийти само – одиночество среди людей, которые, как кажется, тебя не понимают. В сущности, что бросили тебя, что забыли, что не поняли – все сводится к одному: не с кем поделиться чем-то дорогим и сокровенным, некому понять и пожалеть. Это страдание от недостатка любви к себе. В духовном отношении это вторая ступенька заповедей блаженств – «Блаженны плачущие» – ищущие любви.

Вот в этот момент важно найти правильный ориентир. Так уж устроены люди, что лучики любви в них то ярче, то тише, то загораются, то гаснут. И нельзя в поисках любви требовать от людей невозможного. Эта ошибка часто и приводит к трагедиям. Но при этом нельзя и относиться ко всему человечеству с презрением.

Вообще, вне духовного плана все рассуждения о человеке и человечестве – тупиковая философия, приводящая к куче нерешенных вопросов. Духовное же рассуждение невозможно, если не включить в круг общения человека личность Бога.

Различные религиозные конфессии взаимоотношения человека и Бога представляют себе по-разному. Это – самое главное различие религий. При том, что в вопросах общечеловеческой нравственности может быть много общего. Но на вопрос о посмертной судьбе человека (главный вопрос любой религии) влияет именно то, каким видит Бога эта религия. Варианты существуют самые разные. Бог разных вер может быть и грозным тираном, и судьей, следящим за абсолютной справедливостью происходящего, и недоступным людям безликим вселенским божеством – космической энергией, и абсолютно доступным домашним божком, с которым нужно только суметь договориться. Православие видит в Боге, прежде всего любящего Отца. А людей – детьми большой Небесной Семьи-Царства. Да, Бог православных христиан – и судья, и мздовоздаятель, и наполняющий Вселенную Творец мироздания. И одновременно Он абсолютно доступен, потому что главное в Нем, что Он – Любовь.

Вы можете быть одиноки с тираном, с судьей; для вашего диалога недоступна вселенская энергия (раз она лишь безликая сила); вам будет одиноко при магазинных взаимоотношениях с домашним божком (вы ему – жертву, он вам – благополучие). Но с Любовью вы не будете одиноки никогда. Да, в Православии вам не пообещают ни благополучия, ни власти, ни славы. Но там вы найдете иное счастье – детскую радость быть любимым. Причем вы не рискуете эту радость потерять и остаться одинокими: Бог? Отец всегда рядом, и в земной жизни, и в посмертной, вечной. Для ощущения этой радости от вас потребуется только взаимность.

Почему люди не находят этой радости? Потому что не хотят быть взаимными в любви. Именно не хотят, а не не умеют. Осознание этого неумения приводит к покаянию, и Бог принимает и утешает кающегося, и дает ему силы на самопожертвование. Без самопожертвования любви не бывает. Именно нежелание жертвовать собой ставит препятствие к любви. Бог христиан жертвует Собой ради людей самым предельным образом – это знает всякий, кто прочитал Евангелие.

Одиночество человека среди мира людей возможно. Даже неизбежно. И чем мы старше, тем больше мы понимаем эту горькую истину, причина которой – нехватка любви в людях (называется – грех). Нехватки любви у Бога-Любви быть не может. Поэтому в духовном мире (по крайней мере, мире Православной веры) одиночества нет. Может быть лишь временная разлука, чаще всего – по нашей вине. Помните? – «Любовь не бывает без грусти, но это приятней, чем грусть без любви».